Это может быть только Георг Фогель, Петер Дингельдайн или я, потому как мы трое - самые старослужащие. Ты должен устроить, чтобы тех двоих услал..
Вместо обстоятельного доказательства своих положений я мог лишь иллюстрировать их отдельными примерами. Печатаю я свою речь безо всяких изменений, так, как я ее ..
В книгу включены роман "Тайное свидание" и драматические сцены одного из крупнейших японских писателей Кобо Абэ, посвященные, как и все творчество Абэ, столкновению человека с буржуазным обществом. В романе и сценах показаны одиночество, неустроенность, униженность человека в мире зла и насилия. Писатель утверждает, что зло преодолимо, если люди найдут в себе силы воспротивиться ему.
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:
Служитель ада - руководящий работник. Служительница ада - недавно назначенная в наземную службу. Человек, превратившийся в палку. Голос из ада
Мужчина \ хиппи Женщина /
Жаркий воскресный день июня. Широкая улица на фоне универсального магазина. Толпа снующих мужчин и женщин. (Реалистическое воплощение нежелательно). Посредине сцены, метрах в трех от края тротуара с отрешенным, замкнутым и безразличным выражением лица, повернувшись к залу, сидят молодые Мужчина и Женщина, с виду хиппи. Вдруг с неба падает палка. Самая обыкновенная палка, длиной метр двадцать сантиметров. (Ею манипулирует, как марионеткой, актер, исполняющий роль Человека, превратившегося в палку.) Палка падает, крутясь, катится к краю мостовой, со звоном отскакивает от кромки тротуара и замирает меньше чем в метре от Мужчины и Женщины. Они невольно смотрят туда, где упала палка, хмурят брови и поднимают головы вверх. Их спокойная реакция несколько не соответствует той опасности, которой они подвергались. В этот момент на сцене появляются справа - Служитель ада, слева - Служительница ада.
Мужчина (продолжая смотреть вверх). Опасно, а... Служитель ада. На небе вечернем трехдневный месяц - Фруктовый нож, срезающий кожицу судьбы. Служительница ада. И сегодня еще один человек, Утратив свой облик, стал палкой. Мужчина (снова обращает внимание на палку и подбирает ее). Еще чуть-чуть, и попала бы в нас. Женщина (смотрит на палку, дотрагивается до нее). Я думаю, все дело случая - попадет, не попадет... Мужчина. Кто знает? (Начинает постукивать палкой по земле.) Служитель ада. Месяц цвета грязной коробки для завтрака. Улица крутится в водовороте. Служительница ада. И сегодня еще один человек, Став палкой, утратил свой облик. Женщина. Что это за ритм? Мужчина.
.....14 Конечно, читатели, англичанин — такой человек, что всюду нос сует и везде гадит по возможности; но если вы припомните единодушные отзывы всей европейской прессы о неаполитанцах, то согласитесь, что, по всем видимостям, это был такой народ, которого и изгадить-то не было никакого средства. Кто и как мог дойти до того, чтоб развратить его до такой степени? — это вопрос чрезвычайно курьезный. Конечно, он практического значения, может быть, и не имеет, и вы скажете, что не стоит им теперь и заниматься, когда дело порешено окончательно. Но что прикажете делать, если "Современник" страдает некоторой слабостью упражняться на поприще мышления почтенного Кифы Мокиевича!15 Он печатает стихи на взятие Парижа, если бы оно случилось (хотя всякий знает, что оно случиться не может), делает невозможные выкладки относительно выкупа и сельской общины, толкует об антропологическом принципе в философии16 и т. п. Конечно, все это непрактично и бесплодно; но что же делать? Надо с этим примириться, хотя в уважение того, что в "Современнике" же печатаются иногда капитальные труды вроде, например, "Поземельного кредита" г. Безобразова17. Притом же известно, что кто хочет практичности, дельности, кто желает всегда быть на высоте самых насущных и настоятельных требований общественной жизни, тот должен читать "Русский вестник"; там он найдет и прекрасные письма г. Молинари о русском обществе, и мысли г. Герсеванова "о жалованье предводителям дворянства", и статьи об устройстве черкесов, обитающих на берегу Черного моря, и заметки г. Сальникова о паспортах18, и тьму заметок по вопросам еще более капитальным. "Современник", как всякому понятно, преклоняется пред мудростью "Вестника" и ограничивает свои претензии гораздо более скромною ролью: занимать иногда досужее любопытство праздного читателя какими-либо курьезными размышлениями. Помните, как в одной комедии Островского Устенька или Капочка предлагает для развлечения общества поддерживать занимательный разговор о том, "что лучше — ждать и не дождаться или иметь и потерять"?19 Так и мы теперь для вашего развлечения, читатель, задаемся вопросом: что за странность такая, что неаполитанский народ обманул самые справедливые надежды всех благомыслящих людей? Где объяснение этой странности?...
